следующий факт, пока еще непонятный: комбинация испуга и механического сотрясения порождает тяжелый, истериоформный травматический невроз. Можно хотя бы предположить, что влияния, которые при небольшой интенсивности становятся источниками сексуального возбуждения, вызывают глубокое расстройство сексуального механизма или химизма, когда воздействуют в чрезмерном количестве.
Мышечная деятельность
Мы знаем, что активная мышечная деятельность является насущной потребностью для ребенка и он испытывает необычайное удовольствие от ее удовлетворения. Связано ли это удовольствие с сексуальностью, охватывает ли оно само сексуальное удовлетворение, способно ли стать поводом к сексуальному возбуждению, – перечисленные вопросы подлежат критическому обсуждению, которое также может опровергнуть ранее высказанное утверждение, будто удовольствие от ощущений пассивного движения носит сексуальный характер или вызывает сексуальное возбуждение. Но дело в том, что, по рассказам многих людей, первые признаки возбуждения в гениталиях они ощущали в ходе драки или борьбы с товарищами по играм; в этой ситуации, помимо общего мышечного напряжения, нельзя не отметить обширное соприкосновение с участками кожи противника. Склонность к физической схватке с конкретным человеком, как и к словесной борьбе в более поздние годы[91], служит очевидным доказательством сделанного выбора объекта. В том, что мышечная деятельность способствует сексуальному возбуждению, можно усмотреть и одну из причин садистского влечения. Для многих индивидуумов инфантильная связь между дракой и сексуальным возбуждением принадлежит к детерминантам предпочитаемой направленности их полового влечения[92].
Аффективные процессы
Меньшему сомнению подлежат прочие источники сексуального возбуждения ребенка. Благодаря непосредственному наблюдению и последующим исследованиям, нетрудно установить, что все более насыщенные аффективные процессы, даже возбуждения, вызванные страхом, распространяются на сексуальность; к слову, это может способствовать лучшему пониманию патогенного влияния таких душевных переживаний. Если школьники боятся экзамена или испытывают напряжение, ломая головы над трудноразрешимой задачей, это может существенно затронуть как отношение ребенка к школе, так и проявление сексуальных побуждений. Ведь очень часто в таких обстоятельствах возникает чувство раздражения, заставляющее трогать гениталии, или же может случиться нечто вроде поллюции, со всеми ее приводящими в замешательство последствиями. Поведение детей в школе, задающее учителям обилие загадок, вообще следует соотнести с зарождающейся сексуальностью школьников. Сексуально возбуждающее воздействие некоторых аффектов, неприятных самих по себе – тревоги, боязливости, страха, – у немалого числа людей сохраняется и в зрелой жизни; не приходится сомневаться в том, что здесь кроется объяснение, почему столь многие жаждут подобных ощущений – при условии, разумеется, что определенные побочные обстоятельства (принадлежность к иллюзорному миру, чтение, театр) притупляют остроту ощущения неудовольствия.
Если допустить, что сходные эрогенные воздействия сопровождают даже насыщенные болезненные ощущения, особенно когда боль приглушается каким-нибудь привходящим обстоятельством или удерживается дольше, то здесь можно усмотреть одну из основных причин садомазохистского влечения, многообразный и сложный состав которого мы начинаем постепенно понимать[93].
Интеллектуальная работа
Наконец, совершенно очевидно, что следствием концентрации внимания на интеллектуальной работе и умственном напряжении как таковом будет у многих молодых и более зрелых людей сопутствующее сексуальное возбуждение. Это, безусловно, единственная подлинная причина нервных расстройств, которым обычно находят крайне сомнительные объяснения, сводящиеся к умственному «переутомлению».
Если теперь окинуть взором те предварительные соображения по поводу источников детского сексуального возбуждения – отмечу, что я не притязаю ни на полноту, ни на окончательность суждений, – то мы сможем выявить с определенной достоверностью следующие общие свойства. По-видимому, все делается для того, чтобы привести в действие процесс сексуального возбуждения, сущность которого, нужно признать, остается предельно загадочной. Об этом прежде всего заботятся более или менее непосредственным образом возбуждения чувствительных поверхностей (кожи и органов чувств), а также, наиболее явно, – раздражающие воздействия на определенные участки тела, которые называются эрогенными зонами. В этих источниках сексуального возбуждения решающее значение имеет, бесспорно, качество раздражений, хотя и фактор их интенсивности (при боли) нельзя полностью игнорировать. Кроме того, в организме имеются иные источники, благодаря которым в организме в качестве побочного явления при целом ряде внутренних процессов возникает сексуальное возбуждение, едва насыщенность этих процессов переходит известные количественные границы. То, что мы назвали парциальными сексуальными влечениями, либо прямо происходит из этих внутренних источников сексуального возбуждения, либо составляется из тех вкладов, которые вносят эти источники и эрогенные зоны. Возможно, в организме не происходит ничего более значительного, что отдавало бы свои элементы для возбуждения сексуального влечения.
В настоящее время мне кажется невозможным уточнить эти общие соображения, сделать их яснее и надежнее. На мой взгляд, ответственность следует возложить на два фактора: во‐первых, на новизну самого способа рассмотрения вопроса, а во‐вторых, на то обстоятельство, что сущность сексуального возбуждения нам совершенно неизвестна. Однако велик соблазн привести два замечания, сулящих открыть перед нами широкую перспективу.
Различные сексуальные конституции
А) Мы уже рассмотрели возможность обосновать многообразие врожденных сексуальных конституций через различное развитие эрогенных зон, и то же самое можно проделать с косвенными источниками сексуального возбуждения. Мы можем предположить, что эти источники, пускай они обеспечивают возбуждение у всех индивидуумов, далеко не у всех людей одинаково сильны; предпочтительное развитие отдельных источников сексуального возбуждения позволит строже дифференцировать различные сексуальные конституции[94].
Пути взаимного влияния
Б) Оставляя фигуральный способ выражения, которого мы так долго придерживались в рассуждениях об «источниках» сексуального возбуждения, можно высказать предположение, что все пути, ведущие от других функций к сексуальности, должны быть проходимыми и в обратном направлении. Если, например, общее для обеих функций обладание ротовой областью является причиной того, что при приеме пищи возникает сексуальное удовлетворение, то же самое допущение позволяет нам предположить, что возможны нарушения в приеме пищи, когда нарушены эрогенные функции общей зоны. Или, если нам известно, что концентрация внимания способна вызывать сексуальное возбуждение, то напрашивается вывод, что, используя тот же путь в обратном направлении, состояние сексуального возбуждения способно влиять на умение управлять вниманием. Значительная часть симптоматики неврозов, которую я вывожу из нарушений сексуальных процессов, выражается в нарушении других, внесексуальных телесных функций; это обстоятельство, прежде непонятное, становится менее загадочным, если посчитать его лишь дополнением к тем влияниям, которые приносит производство сексуального возбуждения.
Впрочем, те же пути, по которым сексуальные нарушения распространяются на прочие телесные функции, у здорового человека должны служить и другому важному назначению. Силы сексуального влечения должны по ним привлекаться к достижению иных, внесексуальных целей; должна происходить сублимация сексуальности. В заключение же необходимо признать, что об этих путях, несомненно, существующих и, вполне возможно, проходимых в обоих направлениях, нам пока известно очень и очень мало.
III. Трансформации полового созревания
С наступлением пубертата начинаются изменения, которым суждено перевести инфантильную сексуальную жизнь в ее окончательную, нормальную форму. Прежде сексуальное влечение было преимущественно аутоэротическим, но теперь оно находит сексуальный
